Сделайте Ваш заказ

Гжель - всероссийское достояние. ПОЛУФАЯНС ГЖЕЛИ

Изобретенный в Англии фаянс как неизвестный ранее керамический материал ознаменовал новую ступень в развитии керамического производства. Его высокие технические качества: прочность, жароустойчивость, белизна, крепость и относительная дешевизна — позволяли успешно вытеснять массивные и хрупкие гончарные и майоликовые изделия с рынков сбыта во всех странах и в России. Уже в конце XVIII в. он оттеснил майолику на второй план и стал ее конкурентом.

Однако рецепт фаянса в России, в том числе в Гжели, не умели составить, поэтому процесс самостоятельных поисков привел к возникновению переходного к фаянсу материала, получившего название полуфаянса, или «простого фаянса».

Гжельцы, познакомившись с ввозимым фаянсом и оценив его преимущества, пытались изготовить его еще в XVIII в., но секреты держались в тайне, а эксперименты требовали упорства и времени. Фаянс изготовлялся из белой, а не из красной глины, с применением разных добавок.

Выезжая в Москву и Петербург, гжельцы знакомились с фаянсом и, подражая зарубежным мастерам, пытались искать возможности получения белого и более прочного черепка.

После обнаружения своими силами светло-серой глины вблизи д. Минино и смешения ее с углекислой известью они добились поставленной цели, хотя и не полностью, так как черепок при достигнутой белизне все же уступал фаянсу и получил название полуфаянса.

Таким образом, в первые годы XIX в. гжельцы почти одновременно начали выпускать полуфаянсовые, фаянсовые и фарфоровые изделия при одновременном резком сокращении выпуска майоликовых изделий, которые почти прекратили производить.

К началу XIX в. среди крестьян Гжельской округи, начавших выпускать полуфаянсовые изделия как новую керамическую продукцию, наиболее известны были Петр Васильев, Иван Никифоров, Матвей Федоров, Филат Иванов, Иван Андреев, Василий Дмитриев, Степан Федоров и другие, которые создавали не только отдельные предметы, но и целые сервизы количеством до 50 единиц. Роспись делалась полихромная. Марок не ставили, лишь иногда оставляли имя заказчика в оттиске на изделии. Например, на глубокой тарелке с изображением птицы в траве сделана надпись: «Настасье Митревне 1812 году».

Полуфаянс уже имел белый, хотя и толстый пористый черепок, а роспись велась не по сырому черепку, как на майоликовых изделиях, а после первого обжига, уже по твердому материалу, что значительно облегчало, ускоряло работу и сокращало объем брака. Изделие расписывалось кобальтом, покрывалось бесцветной глазурью.

Полуфаянс Гжели явился таким же замечательным художественным явлением в истории русской керамики, как и майолика. Гжельцам удалось получить «посуду белую, наподобие фаянса» в начале XIX в. и в течение XIX в. создать из него десятки тысяч необходимых предметов быта. Наиболее распространенными из них в первой половине века продолжают оставаться кувшины, кумганы, квасники. Более ускоренно этот процесс проходил еще и потому, что все шире стала применяться роспись одной голубой кобальтовой краской. Кроме того, гжельцы с начала XIX в. почти одновременно освоили выпуск фаянсовых и фарфоровых изделий.

Кувшин. Начало XIX века

Кувшин. Начало XIX века

Особым художественным достоинством отличались разновидности гжельского полуфаянса и фаянса с росписью фиолетовым золотистым люстром по светло-желтому фону. Это так называемый «бронзовый товар», полученный в 20-е годы жителем с. Речицы А.Л. Киселевым. Особенностью изделий является приятный желтый фон с золотистой росписью орнаментов, что придавало сходство с бронзой. Вскоре этой техникой овладели многие гжельцы, изделий выпускалось предостаточно, а качество стало низким. К 30-м годам производство прекратилось.

Бронзовые изделия Киселева отличались большим благородством и красотой и стали замечательным достижением керамического искусства. Он считался как человек «мудр был и будущее знал». Его бронзовый товар высоко ценился, но когда его освоили многие, то выпуск пришлось прекратить. Теперь в музеях эти изделия встречаются редко. «Бронзовую» посуду выпускали также Федот Лазарев, Федор Николаев, Прокофий Федоров и другие гжельские талантливые умельцы.

В изготовлении кувшинов, кумганов, квасников проявлялась богатая фантазия и мастерство. Как и прежде, все работы выполнялись вручную, а кустари в целях успешной конкуренции и более надежной продажи своего товара не тиражировали свои формы и рисунки и не копировали чужие. Как формы (шаровид¬ных, дисковидных и других) кувшинов, так и их роспись были разнообразны. Роспись была преимущественно растительного орнамента, она велась в самых разных вариантах и наносилась таким образом, чтобы подчеркнуть наиболее интересные элементы формы. На некоторых сосудах можно было обнаружить до десятка различных растительных орнаментов. Во второй половине XIX в. полуфаянсовые кувшины, кумганы уже не встречаются. Они вытесняются фаянсовыми, однако полуфаянсовая чайная и столовая посуда выпускалась еще долгие годы, вплоть до конца XIX в.

Не сразу гжельцы выработали свой самобытный стиль росписи кобальтом. Именно в полуфаянсе он постепенно достиг совершенства. Синий цвет стал классическим, неотделимым от гжельского полуфаянса. Это был новый изобразительный живописный язык, пришедший на смену контурному рисунку и полихромной раскраске, какая ранее использовалась в майолике. Кистями разной величины, мазками длинными и короткими гжельцы создавали на белом фоне гамму до 30 оттенков. Синяя краска, лучше других соединяясь с глазурью, при обжиге давала меньше брака, излучала сияние, подглазурная роспись оказывалась неподвластной времени. Растительные и другие орна¬менты делались стилизованно, с вьющимися усиками, отходящими от стебля. В росписи присутствовали и элементы очеловечивания, одухотворения вещей. Например, при оформлении треугольного носика-вылива чайника на нем прорисовывали глаза, подчеркивали форму человеческого носа.

С получением полуфаянса началась напряженная работа по формированию нового декоративного стиля. Были попытки раскраски двумя цветами — синим и зеленым или одним коричневым. Постепенно из полуфаянса стали делать кувшины преимущественно с шарообразным туловом, а украшать самыми разными поясками из растительных гирлянд.

Гжель держалась на достижениях отдельных мастеров-самоучек, практиков-открывателей, среди которых оказался Афанасий Леонтьевич Киселев, и большой массы восприимчивых ремесленников, подхватывавших и развивавших их идеи. Не случайно А.Л. Киселев за десятилетия своей работы подготовил таких форматоров и живописцев, которые вместе с ним создали высокохудожественные изделия 20-30-х гг. XIX в., неоднократно представлявшиеся на российских выставках.

Тарелки с античными сюжетами Речицкого завода Тереховых-Киселева выпускались одновременно с аналогичными изделиями Императорского фарфорового завода, при этом изделия гжельцев смотрелись более теплыми, демократичными. Их полуфаянсовые изделия принесли славу владельцам благодаря технологическим опытам Киселева и высокому художественному вкусу живописцев и мастеров, работавших с ним.

Уже в первой четверти XIX в. количество полуфаянсовых производств увеличилось до 50, в том числе в селе Речицы их насчитывалось до 36, однако многие мелкие производства при 5-6 рабочих существовали иногда чрезвычайно короткое время и ликвидировались, другие переходили на выпуск фаянса или фарфора, в то же время возникали новые полуфаянсовые производства.

М.Г. Аверьянова, книга "Синеокая Гжель",
г. Раменское 2014 г.

Понравилось? Поделитесь!