Сделайте Ваш заказ

Федотов Александр Николаевич

Федотов Александр Николаевич 

Федотов Александр Николаевич родился в небольшой самарской деревеньке Загоскино в 1937 году. В семье крестьянина. Отец плотничал и был прекрасным столяром — всю мебель в доме исполнял по собственным задумкам. Мать прекрасно вязала.

В тридцатые годы индустриализация привела семью в Подмосковье, на большую стройку в поселок Куровское, где создавался текстильный комбинат. С легкой руки сельского учителя рисования сделал здесь будущий мастер первые свои ученические наброски.

После семилетки — это начало пятидесятых годов — Александр поступает в Рязанское художественное училище, тогда весьма престижное, и выдерживает большой по тем временам конкурс — десять претендентов на одно место. Для тринадцатилетнего подростка это было радостным событием, которое вскоре затмили суровые будни. Отец не вернулся с войны, а на попечении матери было двое детей — Саша и младшая сестренка. Время же тогда было голодное. Рязань казалась мальчику мрачной и страшной, стипендии учащимся не полагалось, жили, что называется, на собственном коште. Жилье, краски, бумага забирали последние гроши. Питались же скудно, многие из-за недоедания страдали куриной слепотой. Что спасало, так это рыбий жир: был он дешевым и продавался в любой аптеке. Возможно, проявил он тогда слабину — бросил учебу и пошел работать грузчиком. До армейской службы помогал матери вести хозяйство, растить сестренку. На службе Федотову повезло. В погранвойсках всегда в чести была художественная самодеятельность, вот и организовал юноша среди памирских стражей границы группу художников-любителей — рисовали натуру, «ставили» натюрморт.

После армии узнал, что многие его друзья учатся в новом Гжельском техникуме на факультете художественной керамики. Приняли туда и его. И опять ему, можно сказать, повезло: уже дипломированным специалистом направили его на Кузяевский фарфоровый завод. А в те годы царила там по-настоящему творческая атмосфера, шел напряженный поиск художников-фарфористов. Лучшие работы непременно попадали на регулярные отраслевые выставки — в двенадцати из них принимал участие Федотов. Именно там, в Кузяево, он по-настоящему поверил в самого себя, ощутил себя мастером.

Постоянную гжельскую «прописку» обрел Федотов в 1975 году. Дух промыслов, самобытность их почерка постигал через творчество Дунашовой и Азаровой. Постигал, надо полагать, вполне успешно: в первый же год в массовое производство пошел ряд его изделий, некоторые тиражируются по сей день. Всего же его авторской маркой помечено более семидесяти высокохудожественных вещей, чаще всего идущих в массовое производство. У мастера своя специфика: уровень и качество формы и росписи изделия одновременно обязаны отвечать и условиям технологичности. Начинается же все с формы: она еще в «белье», без росписи, должна ласкать глаз. Он сам придумывает и делает роспись: гармония формы и декора, если она технологически удачна, и обеспечивает изделию долговечный выпуск. Такое по плечу далеко не каждому, но без прицела на «массовку» сегодня просто-напросто не выжить.

Федотов А. Н. Часы «Чаепитие»

Характернейшая черта федотовского почерка — ярко выраженная декоративная форма изделий. Среди гжельских росписей легко угадываются его объемно-пространственные композиции. Мазок у него — то звучный, то прозрачный, почти сливающийся с белым фоном — создает ажурный узор на поверхности изделия. В центре яркое крупное пятно — изображение цветка, а вокруг — легкая россыпь веточек с листьями и ягодками, завитков, усиков, едва различимых, уходящих в белизну фона.

Федотов создал своеобразный живописный цветок, лепестки которого складываются в пышную округлую чашу. В ее белой середине рассыпаны мелкие точки-тычинки. Художник придает лепесткам выпуклость, и они становятся похожи на дольки. Цветок, словно выплетенный из них, отвечает характеру пластики. При этом художник сдержанно относится к темно-синему цвету, избегает сплошного покрытия кобальтом.

Федотов А. Н. Чайно-кофейный набор «Европейский»

Яркое дарование Федотова наиболее полное выражение нашло в создании сервизов гжель. В чайном сервизе 1981 года форма изделий отмечена прекрасно найденными пропорциями, логикой декоративного и образного решения, их соответствием характеру материала. Главный в сервизе — чайник. Он-то и организует вокруг себя все семейство фарфоровых предметов, диктует общие с ним черты. Среди предметов чайного сервиза есть доска для сыра в орнаменте которой все подчинено строгой симметрии, что обусловлено гладкой, ровной поверхностью. Своеобразие группы предметов, объединенных в сервизе, состоит в том, что все здесь продиктовано прежде всего конкретным выражением бытового назначения. И в то же время изделия, дополняя друг друга живой переменчивостью форм и росписи, составляют единый ансамбль.

В другом сервизе Федотов выполняет новый для себя вариант росписи: изображения цветов помещаются в медальонах и сочетаются с орнаментальными сетчатыми узорами, сплошь покрывающими тулово каждого изделия, окрашенного солями металлов в бледно-голубой цвет. Применение солей — излюбленный художником способ декора, встречающийся как в сервизах, так и в отдельных предметах, среди которых особенно выразительны кружки. Художник превращает их в настоящие произведения искусства. Большая кружка Федотова вызывает в памяти кружки из сервизов В. М. Городецкого «Цветущий кобальт». Но не только и не столько внешнее сходство роднит эти предметы, а черты, присущие народному искусству, идущие от пластики гончарных изделий, которые оба художника интерпретируют по-разному.

Официальный источник

Понравилось? Поделитесь!